zaeto.ru

Анна Чайка Про булку и Марину Влади

Другое
Экономика
Финансы
Маркетинг
Астрономия
География
Туризм
Биология
История
Информатика
Культура
Математика
Физика
Философия
Химия
Банк
Право
Военное дело
Бухгалтерия
Журналистика
Спорт
Психология
Литература
Музыка
Медицина
добавить свой файл
 

 
страница 1


Анна Чайка


Про булку и Марину Влади
Утра жизни

Действующие лица:


Рита, жена – еще очень молода, не так блистательно красива, как была раньше. 26 лет
Антон, муж – простой, симпатичный, подтянутый мужчина. 32 года
Макс, мужчина – большой, немного неуклюжий. 29 лет
Место действия – московская квартира Риты и Антона.

Небольшая: пару комнат (спальня, гостиная, кухня, коридор).
Время действия – только утро.

Разные дни недели.


Сцена 1.

Утро. Понедельник.

Звучит будильник – бодрая мелодия на мобильном телефоне. Будильник-телефон выключают. Снова тишина. Через несколько минут – снова бодрая мелодия. Будильник выключают. Тишина. Темно.

В третий раз звучит музыка.
Он (Голос). Рит, я умоляю. Либо вставай, либо выключи его вообще. Хватит ставить еще на три минутки позже.

Она (Голос). Блин, а тебе-то что? Спишь себе и спи.
Рита встает с кровати, выходит из спальни.
Конечно, встанешь тут. Вон какая темнота – ни одного человека на улице. Да и свет в … раз-два-три… в восьми окнах горит. Еще есть такие же идиоты, как я. Шесть тридцать. Никак не могу привыкнуть к этому зверскому вставанию.
Несколько секунд задумчиво смотрит в окно.

Потягивается, достает из шкафа полотенце, идет в душ.

Слышен шум воды. Возвращается из ванной.

Начинает одеваться, краситься, включает потихоньку радио –

там звучит безумное, утреннее шоу.

Насыпает кофе, включает кофеварку.
(Тихо бормочет.) Странно, в детстве была жаворонком, абсолютным. Еще всем хвасталась – как мне легко в школу к восьми вставать. Да, опаздывала, правда, все время. Пока портфель соберешь, пока с собакой погуляешь. Но вставать все равно было легко. А сейчас – нет. Все дело в этом чертовом городе. Ощущение, что все утром спят. Ну, все нормальные, успешные люди. В семь утра могут только случайно встать: воды попить или в туалет. Глянут случайно в окно, а там масса в черных пальто в темноте к остановкам шагает. Вот, подумают эти успешные люди: «Ночь ведь. Куда это они? На работу, бедняги». И – обратно, в кровать, до своего успешного утра, часов в двенадцать, досыпать.
Антон выходит из спальни, стоит молча, смотрит на Риту, слушает.
И, главное, только в Москве такое ощущение – город богатых, успешных, гламурных «never sleeps». И как-то тебе сразу стыдно за себя становится. Все стыдно: и вставать в шесть утра, и спать пораньше ложиться.
Антон улыбается.
Да потому что понятно, если ты спать рано ложишься, значит, ты из этих, из тех, которым в семь на работу.
Рита берет булку, разрезает ее пополам, намазывает маслом, джемом. Начинает аппетитно есть. Наливает кофе, пьет.
Антон. Да, ладно тебе, Ритуль. Ты чего начинаешь с самого утра, с понедельника.

Сцена 2.

Суббота. Позднее утро. Уже почти одиннадцать.

Антон сидит на кухне, читает книжку.

Пьет кофе.

Выходит Рита, сладко потягиваясь.

Рита подходит к Антону, крепко обнимает его, заглядывает в книгу.
Рита. Как же я люблю субботу. Ты даже не представляешь. (Наливает себе кофе. Усаживается за стол.) Суббота – это даже лучше, чем вечер пятницы. Выходной. Да еще и завтра – воскресенье.

Антон. (Улыбаясь) А чем тебе воскресенье-то не угодило?

Рита. Воскресенье – это уже почти понедельник. Нужно рано ложиться спать, чтобы выспаться на всю неделю вперед, нужно придумать, в чем идти на работу. В-общем, опять все мысли не про отдых, а про работу. Так что я голосую за субботу. Не представляю, как у людей – один выходной. Я бы сошла с ума.

Антон. Какая же ты бываешь смешная и трогательная, Рит. Просто удивительно. Такая балда!

Рита. Чего это я балда!

Антон. Ну, хорошо, не балда, а так – малышка. Совсем малышка.

Рита. Ты помнишь, что мы сегодня едем выбирать малышке пальто?

Антон. Рит, может, все-таки без меня обойдешься?

Рита. Ну, нет. Ты обещал.

Антон. Тогда давай шустрее, а то попадем в самую толпу. Хотя уже одиннадцать, все равно. Я в душ и одеваться. У тебя полчаса.

Рита. Есть! (Отдает честь.) Мне только одеться. Так что смотри – я еще первая буду готова.

Сцена 3.

Среда. Утро.

Рита выходит на кухню, уже в деловом костюме. Бодра, свежа.

Включает радио.

Ставит варить кофе,

красится перед зеркалом, причесывается.

Чуть не сбегает кофе. Рита снимает турку с плиты,

немного обжигает руку, чертыхается.

Выходит Андрей. Чмокает Риту. Молча усаживается за стол,

режет пополам булочку, тонко мажет масло, сверху – джем.

Рита наливает кофе, Антон протягивает булку Рите, разрезает еще одну булочку для себя. Масло, джем. Оба аппетитно жуют, пьют кофе.
Рита. Ты обычным маршрутом?

Антон. Угу.

Рита. Кинешь мне деньги на телефон? А то я не успею. Мне по пути негде.

Антон. Хорошо.

Рита. (Вскакивает) Всё. Я бегу. Посуда – на тебе.

Антон. Как всегда, собственно.
Рита убегает из кухни, на ходу кричит.
Рита. Ох, не начинай. Пока!

Сцена 4.

Четверг. Утро.

Рита – на кухне. Готовит привычный завтрак.
Рита. (Громко) Антоша, ты помнишь про завтрашний театр? Как поедем? Ты заедешь за мной? Или по отдельности? Или ты можешь меня забрать с работы, а я машину там брошу. Ты как решил?
Антон входит в кухню. Целует Риту, садится за стол.
Антон. Ритуль, театр только завтра. Завтра и решим. Чего сейчас так кричать, родная?

Рита. Нормально, кричать… Да если бы не я. Как ты любишь все проблемы растягивать.

Антон. Проблемы? Я не знал, что у нас проблемы. Завтра с утра и договоримся.

Рита. А вот – проспим завтра, не успеем договориться. Ты начнешь мне названивать на работу, у меня опять будет совещание, я не буду брать трубку. Ты будешь нервничать, решишь, что я забыла про театр.

Антон. Не буду – торжественно клянусь. Рит, пей спокойно кофе. В крайнем случае, встретимся там. Ты что, не доедешь до Новослободской сама?

Рита. Спасибо за совет. Конечно, доеду.

Антон. Ритуль, не сердись. Всё. Я бегу. Мне сегодня в Подмосковье по делам.
Антон чмокает Риту, ставит чашку в раковину, выходит из кухни.

Заглядывает через пару секунд.
Пока. До вечера.

Рита. Пока, рыцарь. (Громко) Не забудь: в воскресенье к маме на обед.
Хлопает входная дверь.

Сцена 5.

Суббота. Утро.

Рита и Антон сидят за столом. Пьют кофе.
Рита. Так и что? Мы сегодня никуда не едем. Просидим дома целый день? Выходной потерян.

Антон. Почему потерян?

Рита. А, ну да. Я знаю твой план: сходить в магазин, купить продуктов, долго и подробно готовить борщ. Так?

Антон. Класс. Тебе не нравится? Ты же любишь мой борщ?

Рита. Не передергивай. Я не про еду. Борщ твой – это не обед, это твой ритуал выходного дня. Мне надоело. Мне не хочется убить всю субботу на кухню, плиту, разговоры, вечерний телевизор.

Антон. Не знаю, Рит. А мне так хочется дома посидеть: борщ сварить, пообедать, в интернете порыться.

Рита. Интернет – это вместо телевизора? Или вместо похода в магазин?

Антон. Ритуль, ну давай не будем… Хочешь сходи куда-нибудь без меня. С девчонками своими. Можешь даже без машины, я за тобой заеду. Выпьете текилы, поболтаете.

Рита. Нормально. Ты что меня выгоняешь? А, может, я с тобой хочу побыть. Всю неделю видимся только по утрам, ничего толком не успеваем обсудить. А тут вдруг – девчонки, текила. Класс! Может, у тебя дело какое тайное завелось? Что ты там собрался в инете искать? Теперь точно никуда не поеду. Останусь дома. А то что – вывел жену раз в жизни в театр и всё. Долг исполнил.

Антон. Мусечка, почему раз в жизни? Мы недавно в кино были. Забыла? Не хочешь – не уезжай. Побудем дома. Найдем в сети фильм какой-нибудь, нальем винца, посмотрим.

Рита. План шикарный. Какой фильм?

Антон. «Колдунью», например.
Рита вопросительно смотрит на Антона.
Ты ведь тоже не видела? Ну, «Колдунья» - старый фильм с Мариной Влади, который Высоцкий посмотрел и влюбился в нее. Я вчера вспомнил на спектакле, что мне и папа что-то в детстве говорил про этот фильм. Прям вчера, когда сидел, смотрел на нее, вдруг вспомнил. Папа говорил, что был тоже влюблен в девушку из «Колдуньи» и в Олесю. Только никак не мог определиться. И про сестренку мою младшую все время говорил: «Ну, Чурсина!»

Рита. Блин, опять сначала. Теперь еще Чурсина! Вчера ты мне всю биографию Высоцкого пересказал во всех подробностях. Всё, что Влади не успела рассказать. Теперь Чурсина! Все-таки лучше текилки поеду выпью с девчонками.

Антон. Подожди, Чурсина тут ни при чем. Я тебе хотел сказать, что меня вчера Влади потрясла.

Рита. Господи, да что ж ты в ней такого нашел? Тетка как…

Антон (Нетерпеливо перебивает Риту.) Никакая она не тетка. Она вообще не такая, как мы все. Такая другая, отдельная. В нее и сейчас можно влюбиться.

Рита. Ага, влюбиться… и уехать с ней в Париж и песни ей посвящать. Как там? «Платье у Нади… буду, как Марина Влади…» Так?

Антон. Рита, а я бы очень хотел, чтоб ты была такая, как она в ее возрасте.

Рита. Ага. Конечно. Давай. Захватывающий у нас диалог получается.
Рита встает, хочет уйти.

Но Антон резко встает, усаживает ее обратно.
Антон. Ритуль, прости – я не в буквальном смысле. Просто столько в ней было красоты вчера, силы. Как-то все в ней странно устроено. Странно, но так хорошо. Я бы тоже так хотел. Она как будто уверенна, но не слишком. Она принципиальна, но не категорична, как мы все, советские люди. Она красива, очень красива, но не так фантастически, как в молодости. Как на фотках в фойе вчера, где, помнишь, они с Высоцким в джинсах. Они и в джинсах там не такие, как все в джинсах. (Рассмеялся.) Видишь, Рит, ничего толком не могу объяснить. Просто не хочу расставаться с этими ощущениями. И «Колдунью» поэтому хочу посмотреть.
Пауза.
Рита. Всё? Ты закончил?

Антон. Нет. Я вчера еще сидел и все время папу вспоминал. Ведь это он любил Высоцкого. И я как будто только вчера понял, что не только за его песни и за кино, а и за Влади тоже. Было в их любви какое-то подтверждение того, что все возможно. Все может случиться. То, что ты все время вычитываешь в своей популярной психологии. Не знаю. Вчера казалось, и папа был рядом, и много-много моих друзей. Таких настоящих, из детства. Не сегодняшних, с которыми обсуждаем кредиты и Duty Free, а тех, которые знают, что такое пластинки, «казаки-разбойники», невкусное фруктовое мороженое в стаканчиках и вкусное дефицитное сливочное. И как папы собирали все пластинки Высоцкого. Помнишь, такие черно-белые с разными его фотографиями? И был какой-то азарт, у кого сколько всего и какие номера пластинок…
Рита встает, начинает мыть чашки,

вытирать крошки со стола.
Рита. В-общем, я поеду Иришку навещу вечерком. Она уже киснет дома сидеть, а рожать ей только через месяц. Заезжать за мной не надо. Я на машине. Всё равно Ирке пить нельзя.
Рита выходит из кухни.

Антон сидит молча, уставившись на пустой стол.

Сцена 6.

Четверг. Утро.

Рита – на кухне. Антон выходит, заспанный из ванной.
Антон. (Выходит в кухню) Рита, тебе не надоело. Уже скоро неделя как ты дуешься.

Рита. Дуешься? Слово-то какое дурацкое!

Антон. А то нет. Раньше на полчаса встаешь – никогда с тобой такого не бывало. Только чтоб со мной не завтракать. Может, хватит? Я не понимаю, чем я тебя так обидел?

Рита. Извини, я уже опаздываю. Все хорошо. Я просто боюсь – вдруг я тебе своим присутствием помешаю. Мало ли, вдохновение у тебя, воспоминания, еще чего.

Антон. Рита, хватит. Хватит. Сколько можно?

Рита. Ну, хорошо. Приглашаю Вас завтра на завтрак. Только с одним условием.
Антон вопросительно смотрит на Риту.
Ни слова о Марине Влади. Идёт?

Антон. (Улыбаясь) Идёт.
Рита целует мужа, довольно хихикает, берет сумочку

и картинно выходит из кухни.

Хлопает входная дверь.

Сцена 7.

Пятница. Утро.

Антон – на кухне.

На столе дымится кофе, готовы булочки.
Антон. Рит, завтрак – на столе. Давай шустрее. Я тебя ждать не буду.

Рита (Расслабленна, медленна, обнимает Антона). Я тебе не буду. Кто мне машину до сих пор не починил.

Антон (Игриво). Понятно. О том, кто жука разбил, мы уже не вспоминаем.
Антон усаживает Риту на колени, целует, гладит ее волосы.

Через мгновение Рита вскакивает.
Рита. Нет, все. Мы так оба опоздаем. Перенесем наше свидание на вечер.

Антон. Если у нас будут такие свидания каждую ночь, то мы всегда будем опаздывать на работу.

Рита. А ты что, против?

Антон целует Риту, страстно, долго.

Рита бросает взгляд на часы, вскрикивает.
Все, Тош. Иди – заводи машину. Я буду через пять минут. Иди, иди.
Рита выталкивает Антона в дверь кухни.

Быстро поправляет прическу, смотрится в зеркало,

делает несколько глотков кофе,

кидает в сумку телефон, зеркало, блокнот, ручки.

Почти выбегает из квартиры.
Резко хлопает дверь.

Сцена 8.

Утро. Четверг.

Рита одевается в спальне, красится, бегает по квартире, собирается.

Антон – на кухне.
Рита. Иду, Антон, иду. Наливай кофе. Я почти готова.

Антон. Рита, я тебя уже минут сорок жду. Кажется, ты хотела, чтоб я раньше встал – позавтракать с тобой.
Тишина.

Рита продолжает собираться. Через некоторое время демонстративно заходит на кухню, садится за стол, ждет, пока Антон нальет ей кофе,

передаст ей булку с маслом и джемом.

Антон наливает кофе, проливает на себя.
Антон. Блин, так и знал. Приятного аппетита. Жду тебя, жду. Ненавижу ждать. Рита, если бы ты только знала, как мне все надоело.

Рита. Что тебе надоело? Ну, пролил случайно кофе – сразу, столько крику, «ненавижу», «так и знал»…

Что надоело? Скажи прямо. Я надоела, скучно, что у нас все нормально. Я не понимаю, почему ты хочешь мне и самому себе показать, что все у тебя настолько в шоколаде, что аж жить скучно, просыпаться скучно. Блин, а на самом деле – ничего особенного ты еще не достиг, чтоб заскучать, как миллиардер на пенсии или актер Олег Меньшиков. А мне вот нескучно, мне всего хочется: у меня никогда не было джипа, норковой шубы, никогда я не была в гольф-клубе… Да что там, даже на Маврикии.



Антон. Ритуль, а зачем тебе все это? Может и ну его, Маврикий этот, и джип ничем не лучше твоей Micro.

Рита. Антон, ну опять – давай вспомни Советский Союз, где никто ничего не видел и все были счастливы. Или что ты там еще читал? Достоевского? «Разве человек будет счастливее, если вчера он сидел на парче, а сегодня – на бархате»… Да будет, будет человек счастливее.

Антон. Не будет, Ритка, ты скоро поймешь, не будет.

Рита. Перестань решать за меня: что я хочу, что я пойму, что я скажу, когда… Давай ты сначала мне предложи новую жизнь, а там посмотрим. Когда я встретила, ты был такой молодой, воодушевленный. Я готова была потерпеть, подождать, пока твой проект закрутится. Тебе было всё интересно, всё новое.

Антон. Да. Я все делал, как все в этом городе. И сейчас, что вспоминается: траектория развлечений. Сначала мы ездили в выходные в «Охотный ряд», потом в «Рамстор», потом – в «Мега». Все это мне было интересно, ты говоришь?

Рита. Но тебя все устраивало. И не надо сейчас утрировать: мы ходили и в кино, и в театры, и на лыжах ездили кататься.

Антон. Что? Да, ладно, это все так: типа культурный досуг. Кстати, ты знаешь, что «депо – буквально с французского «склад»? Рита, неужели ты не поняла, что мне было там хорошо, потому что ты была рядом. Ты мне казалась такой, такой…легкой, непосредственной. У меня было ощущение, что и тебе все равно, где быть, лишь бы со мной.

Рита. Антон, ничего не изменилось. Это и сейчас так. Просто мне хочется комфорта, хочется тобой гордиться.

Антон. Ритуль, мне не нужна гордость, никому она не нужна. Всем нужна любовь. Вот тебе раньше нужен был завтрак только со мной. Чтоб я, булка, разрезанная пополам, масло, джем.

Рита. Тошечка, все прекрасно: ты, завтрак. Но, об этом никому же не расскажешь, ничего от этого не останется. Это же все как-то ничтожно. Это такой наш обряд, который ничего не стоит.

Антон. Ничего не стоит?
Антон хлопает дверью.

Уходит.
Рита. Антон, Антон.
Садится за стол, тихо плачет.

Потом вспоминает, что накрашена, шепчет «вот, черт»,

начинает перед зеркалом поправлять макияж.

Сцена 9.

Антон – за столом. Пьет кофе.

Слышно, как в соседней комнате Рита разбирает вещи.
Рита. Антон, как думаешь, выбросить синий свитер?

Антон. Какой?

Рита (Кричит). Ну, как какой? Мой любимый. Такой почти васильковый. На рукавах еще манжеты большие, как я люблю.

Антон. Конечно, выбросить. Зачем тебе любимый васильковый свитер? С манжетами, как ты любишь.

Рита (Выходит из комнаты; в руках - свитер). Антон, ты издеваешься? А тебя серьезно спрашиваю.

Антон. А. ну если серьезно – тогда оставь, не выбрасывай.

Рита. Зачем? Он же старый.

Антон. Тогда выбрасывай.

Рита. Ну, спасибо за помощь. Я хотела посоветоваться. Я стараюсь, что-то делаю, в шкаф ничего не лезет, я думаю, как лучше все сложить, что можно выкинуть… А ты…
Рита уходит.
Антон. (Громко) Ритуль, а ты знаешь, что «правое легкое человека вмещает больше воздуха, чем левое»?

Рита. Что?

Антон. Или что – «каждый палец руки за человеческую жизнь сгибается больше 25 миллионов раз»

Рита (Возвращается на кухню, садится за стол) А опять – познавательная страничка. Всё! Свою полку сам разбирай. Я так понимаю, недостатки образования ты решил восполнить с помощью Маршрут-ТВ. Рубрика «А знаете ли Вы, что…», как в старых советских учебниках.

Антон. Моя рубрика называется «Кстати». А что было в учебниках – я не помню.

Рита. Как не помнишь? Такая колоночка по краю страницы. И всякую ерунду писали, но очень прикольную. В географии, биологии. Типа «А знаете ли Вы, что блоха может прыгнуть на расстояние в 350 раз превышающее длину своего тела. Все равно, что человек перепрыгнет через футбольное поле». Или: «А знаете ли Вы, что белые медведи - левши».

Антон. Класс! Видишь, а я все упустил. Если бы ты у меня сейчас не забрала машину, то никогда бы и не узнал ни про легкие, ни про пальцы… В-общем, спасибо, Рита, спасибо, жучок, который так долго ремонтируют.

Рита. Всегда пожалуйста. Мне так понравилось, кстати, ездить на твоей машинке. (Потягивается, целует Антона, встает.) Я в душ. Ты тоже собирайся. Нас ждут великие дела!

Антон. Рит, как я, оказывается, давно людей не видел.

Рита. Каких людей? Ты о чем?

Антон. Ну, обыкновенных людей. Незнакомых. Не наших друзей, приятелей, которые стараются произвести хорошее впечатление, казаться лучше, чем они есть. И просто стараются. И все тогда кажутся такими симпатичными, милыми, а так… Я давно не видел просто людей, которые вот так толпой и всем на всех наплевать.

Рита. Ты о чем?

Антон. Я о метро. Ты там давно была?

Рита. Я вообще-то там регулярно бываю, особенно сейчас, пока моя машина в ремонте. Ты забыл? И что тебя там так впечатлило? Пробки? Только из людей. Открытие – всем на всех наплевать.

Антон. Нет, Ритуль. Не то что даже всем на всех. А даже каждому на себя. Я давно не видел столько некрасивых, невеселых людей одновременно. И если вдруг кто-то улыбается или разговаривает, или, не дай Бог, смеется, – так это всех раздражает. И заметил, что и меня тоже начало раздражать. И еще я тут вчера ехал, подумал – как, наверно, Богу неприятно за людьми наблюдать. Трудился, создавал, а тут. Мне кажется, он все-таки создавал людей очень молодыми или вообще детьми. Ну, не рассчитал, сам сидит теперь, смотрит и удивляется. Он даже не думал, что так может человек обвиснуть, раздуться, постареть. Сидит передо мной пара: он – глазки маленькие, пузо огромное, дышит тяжело, она – такая накрашенная, даже уши блестят, но щеки как-то вниз опали, как у всех теток, полная. Дышит с таким присвистом. И так хочется подойти и выпустить из них воздух, подтянуть кожу, и получатся: мальчик и девочка. Такие красивые, тоненькие, улыбчивые.
Пауза.
Рита. Ох, давай лучше «правое легкое…», «каждый палец…». Честно, мне лучше «а знаете ли вы, что…».
Рита проходит в халатике в ванную.

Слышно, как закрывается дверь. Потом – щелчок замка.

Рита выглядывает, улыбается.
И ваще, раз такое дело – может, вернуть тебе машину. Я и на метро могу, милый. Подумай.

Сцена 10.

Суббота. Утро.

Рита варит кофе. Из ванной доносится зычный мужской голос.
Макс. Риточка, а какое ты мне полотенце выделила?

Рита. Темно-зеленое. Слева от двери висит.
Рита накрывает на стол.

Через минуту из ванной выходит молодой человек, голый,

на нём – только полотенце.

Подходит к Рите, обнимает ее, целует,

напевая при этом.

Рита нервно оборачивается.
Рита. А чего ты не оделся?

Макс. Во что? Халат ты мне никакой не дала.

Рита. Макс, в свою одежду. В свою. Костюмчик твой в спальне на стуле.

Макс. Какая ты сердитая с утра, Риточка. Строгая. Я думал, что я здесь задержусь. Так долго я этого ждал. Сегодня же суббота, на работу не надо. Муж твой не скоро вернется. Когда кстати?

Рита. В понедельник. Но у меня были другие планы. Иди оденься и завтракать.
Макс уходит в спальню. Через некоторое время возвращается.

На нем – брюки, светлая рубашка.
Макс. Не понимаю. Все так хорошо было. Или тебе не понравилось?
Макс усаживается за стол, стараясь прикоснуться к Рите,

усадить её к себе на колени.
Рита. Макс, ешь. Все понравилось. Если бы ты еще дал мне поспать. А то из-за твоего храпа.

Макс. Ну, извини. Настоящие мужчины храпят. Мне так мама в детстве говорила про папу. (Хохочет)

Рита. Настоящие мужчины тоже разные бывают.

Макс. (Глядя на приготовленный завтрак) А что, посущественнее ничего нет?

Рита. Нет, мы с мужем всегда так завтракаем. Кофе и булочка.

Макс. Ну, хорошо. Нет – так нет.
Макс жует булку, пьет кофе. Берет вторую булочку, жует.
Рит, а ты что решила? Идти на второе высшее?

Рита. Не знаю. Честно, не охота. Совсем нет никакого желания. Опять лекции, сессии.

Макс. Да ты что? Когда еще такая возможность. Всё оплачивают. Американская система. Я думаю, там не так, как у нас. Мы учились непонятно чему, а потом переучивались заново. А тут – такие перспективы. Я посмотрел их сайт, там такие люди у них учились. А я вот собираюсь. Вот сейчас у меня цель – учеба и дом купить.

Рита. Дом?

Макс. Да, дом. Квартира у меня есть, я хочу дом. Я даже уже присмотрел. Там, правда, не дом, а часть дома. Ну, дом на несколько хозяев. В Подмосковье. Воздух какой! Сосны. Соседи все дружелюбные. Ты всех знаешь, тебя все знают. В выходные – шашлычки во дворе, самовар, блины.

Рита. У меня так было в детстве. Хотя дом был большой, в городе. Такая община. Советский Союз.

Макс. Рит, это совсем другое. Тут все собственники. Мы будем заботиться – сажать деревья, охрана, чистота. Детям гулять безопасно.

Рита. Класс!

Макс. Риточка, у меня предложение – одевайся, поедем где-нибудь позавтракаем. Вкусно. А потом вернемся к тебе.
Пауза.

Рита встает, убирает со стола,

включает радио. Звучит популярная песня.
Рита. Слушай, Макс, а ты по дому не соскучился?

Сцена 11.

Воскресенье. Утро.

Рита – в длинной светлой кофте, с ногами сидит в кресле,

пьет кофе, читает книгу Марины Влади «Мой вишневый сад».

Рита берет телефон.
Рита. Тошечка, привет. Разбудила? А честно? Очень рано. Я уже давно проснулась. Ты когда завтра?

Нет, ничего не случилось. Соскучилась. Вчера замоталась, вспомнила, что не разговаривали, но уже было поздно. А сейчас – сижу, читаю твою Влади.

Приезжай поскорее.

Сцена 12.

Утро. Воскресенье.

Рассвет.

Антон и Рита возвращаются домой с вечеринки.

Она – очень красивая, нарядная, воодушевленная.

Он – очень помят, пьян.
Антон (Целует, обнимает Риту). Рита, ты такая красивая сегодня. Очень. Я давно тебя такой не видел. Уже… лет пять, ну, хорошо, года два. И вообще – хорошо, что мы сегодня выбрались.

Рита. Все – перестала понимать тебя окончательно. Сначала я тебя уговариваю поехать к Оле с Димой, а потомне могу тебя вытащить из гостей. Бехеровка, мартини – и все: включил клоуна. Антона понесло.

Антон. Ритуль, всем было весело.

Рита. Особенно мне. Я всю неделю не могу из тебя вытащить ни слова, все с тобой что-то происходит. Так глубоко внутри, что ничего нельзя со мной обсудить. У нас с тобой ничего общего не осталось. Разве что секс?

Антон (Шутливо). При сегодняшней жизни и это немало.

Рита. Всё, шутливое настроение. Я – спать.
Рита встает, собирается выйти из комнаты.
Антон. Подожди, Рит, не уходи. Хочешь поговорить? Давай. Плохо мне, плохо.

Рита. Что плохо – я вижу. Но не понимаю, что с тобой, чем помочь. А очень хочу.

Антон. Мне неплохо, а как-то… тошно.

Понимаешь, нас все время готовили к какой-то непростой жизни, какому-то подвигу, к войне, к гласности, к рынку. И что бы ни было – все время на разрыв. Поэтому мне даже в голову не приходило, что я буду вот так просто жить, понимаешь, просто. Что можно будет почти на все заработать деньги, почти все купить, просто получить визу и поехать в любую страну мира… Мне, Ритуль, до сих пор такая жизнь кажется странной. Наверно, так зверь, волк, готовится к жизни в лесу, а потом попадает в зоопарк и все, все файлы в голове разрушены, а новых – нет. И вот ходит волк по клетке, круги нарезает.

Рит, прости, ты устала, спать хочешь.

Рита. Нет, Антош, я слушаю.

Антон. Понимаешь? Я старше тебя, в этом все дело. Мне все рассказывали, что я должен быть уникальным, что быть средним человеком стыдно. И мне стыдно, потому что я – средний. И не научили меня этим гордится. Все время кажется, что сейчас-сейчас случится катастрофа, путч, война, ну, как минимум, невероятная история любви. И ничего! Не жизнь, а какая-то подготовка к жизни. Сплошной ритуал. Москва, деньги, отдых, поменять машину, обогнать кого-то в рейтингах, успеть, урвать, попробовать новое блюдо, попасть на закрытый показ, закрытую вечеринку, Vip-премьеру. Знаешь, что я в машине слушал последние недели? Скачал из интернета. (Напевает.) Но ты – человек, ты и сильный, и смелый,

Своими руками судьбу свою делай.

Иди против ветра, на месте не стой,

Пойми, не бывает дороги простой.

Помнишь такое? «Приключения Электроника».

А вот это! (Напевает.) Я клянусь, что стану чище и добрее,

И в беде не брошу друга никогда…
И получается из того детского счастья-подготовки к жизни осталась только утренняя булка – такая же, как приносил папа, когда подрабатывал ночами, разгружая вагоны в хлебном.

Рита. Ты мне никогда об этом не рассказывал?

Антон. Зачем, Ритуль. Ты замечательно устроена. У тебя память вперед. Ты помнишь все, что нам нужно сделать: что купить, кому позвонить. Ты помнишь про Париж в апреле, про мой подарок к твоему дню рождению, который будет только через пару месяцев. Прости. Не обижайся. Я тебя люблю. Я люблю тебя.
Пауза.

Антон целует Риту.

Встает, собирается уйти.
Рита, давай спать. Уже утро. Смотри – светает. Все будет хорошо.

Рита. Ну уж, нет. Спать? Я теперь не усну. И тебе спать не дам. Что мы делать-то будем? С твоим кризисом, с моей памятью вперед? Надо что-то менять или расставаться.

Антон. Нет, всё. Спать. Что-нибудь придумаем. Или не придумаем. Рит, если бы я знал, как всё изменить, я бы уже давно это сделал.

Рита. Ах, всё, да. Поговорили. Рит, мне так плохо, но ты все равно не поймешь, никогда не поймешь. Спать!

Антон. Рит, дело не в тебе. Просто все, что я могу предложить – банально. И необязательно поможет. Я хочу бросить работу.

Рита. Угу, я так и знала, что ты к этому ведешь.

Антон. Все, Рит, ты так воспринимаешь. Ничего больше не скажу. И так уже сказал достаточно.

Рита. Нет, давай договорим, иначе я уйду. Я – серьезно. Сил больше нет. Я – серьезно, Антон.

Антон (Ставит варить кофе, садится за стол). Я хочу бросить работу и уехать из Москвы. Почему ты молчишь?

Рита. Я слушаю. Или это все? Потом, что я могу сказать: ты мне не говоришь, куда ты хочешь уехать, зовешь ли ты меня с собой? Что с московской квартирой?

Антон. Рита, сколько сразу вопросов. Господи, я только сегодня подумал про переезд, про перемену работы. Я хочу переехать в Петербург, начать все с начала.

Рита. Почему в Петербург? Что там булки вкуснее?

Антон. Все, я иду спать. Довари кофе или выключи. Мне надоел этот разговор.
Антон выходит из кухни, махнув рукой.
Рита. А чего ты ждешь? Я ничего не знаю, даже сейчас – ты не говоришь: «Рита, мы переезжаем в Петербург», нет, ты сам едешь, бросаешь работу, Москву, меня… Нельзя ведь начать всё с начала с прежней женой. Какая же я дура, надо было давно уйти, уйти… и всё. Нет, все чего-то выжидала, пыталась понять, проанализировать. Дура, дура.

Рита снимает кофе с плиты, наливает себе в чашечку,

достает булку, намазывает масло, джем, начинает есть.
Звонит мобильный. Рита роется в сумочке.
Рита. Блин, кто это, так рано. Только Антон уснул.

(Отвечает по телефону). Алло.

Привет!


Нет, не сплю, но вообще, конечно, рановато.

Какой пикник на Истре, Макс? Ты что-то не так понял. Да, мой вернулся.

Макс, да ты что? Нет, конечно.

И вообще, мы уезжаем.

Да, насовсем. Переезжаем в Петербург.

Вот, не собирались. А сейчас собрались.



Пока, Макс, пока.
Отключает телефон.
Тоже мне. Не собирались? А вот тут взяли и собрались, а что нам – всю жизнь в этой Москве сидеть. А вот интересно, где Антоха хочет жить. Скорее бы уже проснулся. Надо будет его уговорить на Рубинштейна жить. А что, хорошая улица? Точно. Ну, или… Садовая.
Довольно улыбается, отхлебывает кофе вприкуску с булкой.





страница 1


Смотрите также:





     

скачать файл




 



 

 
 

 

 
   E-mail:
   © zaeto.ru, 2018